Не так давно на российском телевидении выступал Александр Солженицын. Лучше бы он этого не делал. Все мы учимся у великих писателей, но они лишь тогда становятся великими, когда никого не учат.

Украине, казалось бы, нет особого дела до того, что говорит и как хочет обустраивать свою страну великий писатель земли русской. Но для нас назидания нобелевского лауреата интересны тем, что наглядно показывают, как эволюционировали те, у кого в советские времена Россия и Украина учились говорить правду и слушать правду.

Но вот пришли новые времена, и Солженицын говорит то, что мог бы сказать Суслов: «Права человека звенят в воздухе на всей земле, но где вы слышали о правах общества? И где вы слышали обязанности человека?»

О правах общества и обязанностях человека нам твердили 70 лет. «Прежде думай о Родине, а потом о себе» — это почти фашизм: «Германия превыше всего!», и если в украинской Конституции наивысшей социальной ценностью провозглашается «человек, его жизнь и здоровье, честь и достоинство, неприкосновенность и безопасность», то это сделано вовсе не из прекраснодушия, а из обычного прагматизма. Прежде позаботься о себе, и тогда остальным тоже будет хорошо. Твоим близким не понадобится продавать квартиру, чтобы лечить тебя от алкоголизма, и ты никого не станешь нагружать своими проблемами, если решаешь их сам.

Сегодняшний Солженицын еще раз подтверждает, что все мы дети социализма, и нас надо еще поводить по пустыне лет тридцать-сорок, прежде чем мы станем свободными людьми.

Социализм воспитал убеждение, что «битье определяет сознание», и лучший, талантливейший диссидент нашей советской эпохи сожалеет, причем не в первый раз, об отмене смертной казни. Он считает, что если чеченскому боевику, который ходит под пулями, который знает, что будет убит, и он будет убит, — если этому пропащему и обреченному человеку пригрозить расстрелом, то он перестанет убивать и займется разведением фиалок.

Солженицыну не нравится многопартийность: «Содержать надо полезные для государства объединения, а не партии». Молодой человек, которого Учитель удостоил аудиенции, спрашивает:

— Но тогда, получается, партии совсем не нужны?

И слышит в ответ:

— В общем-то, я считаю, что мы без них легко бы обошлись.

За такие слова в прежние времена не в лагерь, а в высшую партийную школу посылали. Тогда тоже внушали народу, что в странах прогнившей демократии «цель партии — прийти к власти». Но в данном случае эти слова тоже принадлежат не Суслову, а Солженицыну.

Позвольте, а какой должна быть цель политической партии, если не власть? Иначе зачем парламент, выборы, всеобщее, прямое и тайное голосование? Отменить партии — значит жить под руководством вождя — «Ein Reich, ein Folk, ein Fuhrer».

Почти через полвека после смерти ненавидимого Солженицыным Сталина Александр Исаевич говорит словно выдержками из речи вождя на партконференции: «Искать таланты из народа и их выдвигать».

Вообще-то таланты надо искать в университетах. Если, конечно, не иметь в виду таланты, заполнявшие Верховные Советы СССР и подобные институции братских союзных республик. Вот уж где насиделись «простые» люди из глубин — доярки, сталевары, акыны...

— Александр Исаевич, — вопросил интервьюер, — вы считаете, что сейчас простому человеку невозможно пробиться наверх?

Небожитель ответил загадочно:

— Уверенно могу сказать, что да. Нет.

Откуда в нас эта неколебимая уверенность, что достаточно поговорить с дворником или таксистом, как ты уже постиг все чаяния и нужды народные? Откуда у Солженицына убежденность, что проблемы села решаются просто: «Нужно создать систему районных банков. Земельных». Он что, учился на экономиста? Он знаком с банковским делом?

Это говорит не художник, а инженер человеческих душ. Это говорит наша воспитанная социализмом убежденность, что простертая рука с указующим перстом есть условие народного счастья. Дать руководящее указание, а там уж массы пойдут вперед, как один.


Конечно, настанет время, и мы пойдем вперед, но перед этим придется еще учиться работать, а не халтурить. Придется долго отвыкать от пьянства и воровства, от веры в гражданина начальника, который обязан тебя кормить-поить, уму-разуму учить...

Когда начинается новая война, на место вчерашних генералов приходят те, кто минувшую войну закончил лейтенантом. Маршал Солженицын хорош, когда пишет художественную прозу. Учить нас новой жизни должны новые люди.

(Продолжение темы — в следующем номере «СН»)