“Расстались мы прекрасно, троекратно расцеловавшись...”.

Наверное, так и надо. Да, только так — не поминая друг друга лихом — следует развязывать отношения Хозяину и Работнику. Европейский стиль. Недоступная нам, дикарям, культура расставаний.

Действительно, никаких претензий Виталию Третьякову, уволенному им с поста главного редактора “Независимой газеты”, Борис Березовский не высказал. Наоборот, сердечная признательность за службу. И благодарность за хорошую газету. Причина же увольнения — извини, брат, — чисто экономическая: “Независимая” занимает ту же нишу, что и “Коммерсант”, и в рамках одной медиа-империи это непорядок. “Я задумался над тем, что мне делать: либо продать “Независимую газету”, либо сдвинуть ее в другую нишу”. Однако продать “НГ” (Третьяков предлагал за нее 20 млн. долл.; где он их взял — другой вопрос) Березовский не согласился. Будет, значит, “сдвигать в другую нишу”. И понятно — в какую.

Что ж, к тому шло. После того как газета стала неуклонно крениться в сторону власти, а ее главный редактор сделался завсегдатаем Кремля, труды и дни Третьякова в кабинете на Мясницкой были сочтены.

Не знаю, успело ли новое руководство газеты потребовать от Березовского гарантий невмешательства в редакционную политику. Если такие гарантии нужны, пусть обратятся — их предоставят. Команда Киселева, придя на ТВ-6, на выдаче подобных гарантий решительно настаивала — и пожалуйста: в открытом письме журналистам телекомпании Березовский пообещал, что никакого диктата с его стороны не будет. Мол, вам, ребята, хочется не потерять лицо и для предъявления публике надобно получить от меня справку, что вы свободны и независимы? Нате!

Чего стоят такие гарантии — известно. Не больше, чем гарантии невмешательства Абдуллы во “внутренние дела” его любимых жен — всех и каждой по отдельности. Или жизнеутверждающие гарантии волка трудовому коллективу ЗАО “Овечий двор”, где у серого контрольный пакет. Так что независимость “Независимой газеты”, которая при прежнем главном редакторе, как ни скажи, предоставляла обществу достаточно широкий спектр мнений и оценок, теперь гарантирована сполна.

Зачем Березовский все это проделал? Самый поверхностный и самый далекий от истинных целей Бориса Абрамовича ответ: чтобы усилить пропагандистское сопровождение создаваемой им оппозиции.

Никакую оппозицию вчерашний фаворит не создает. Ибо нечему оппонировать. Ничего содержательного, внятного, осмысленного нынешняя власть пока на свет не родила, о чем сам Березовский громче всех и трубит на весь мир. Да и кого он взял в соратники? “Фонд гражданских свобод” и праволиберальная партия Сергея Юшенкова, на подкормку которых опальный олигарх тратит десятки миллионов долларов, никого, кроме своего духовного отца, не представляют. Среди новобранцев немало достойных людей, но критика власти в их устах внесистемна, пуста и беспомощна. А их интеллигентская рефлексия: ах, удобно, прилично ли брать деньги из таких рук? — при неизменно положительном ответе на этот вопрос — становится все более смешной. Они пребывают в горделивой уверенности (или делают вид), что мобилизованы Березовским оборонять свободу и демократию, тогда как призваны с иной целью — быть ему самому “живым щитом”.

Тому же служит и подконтрольная Березовскому пресса. На российских просторах она его, конечно, от ударов не спасает. Но она и нужна для другого. Она нужна для ее демонстрации Западу. Само наличие у Березовского нескольких газет, журнала, радиостанции, телекомпании плюс постоянный шум вокруг них создают ему на Западе образ медиа-магната — а не “клиента” Интерпола. Рисуют лик изгнанника-борца — а не подследственного по делу “Аэрофлота”.

Теперь и “НГ”, преобразившись, подтвердит бунтарскую направленность всех печатных изданий Бориса Абрамовича и тем самым — причину его гонимости. Прежняя “Независимая” в этом, скорее, разуверяла.

А вообще — хорошо. Все, а не только Березовский, выиграют тут. Тому же Западу Путин отныне сможет вручить еще один печатный образец свободного, неудушаемого слова. К разрешенным свиданиям Березовского с Родиной-матерью в прямом эфире НТВ (эти свидания уже становятся регулярными, а телекомпания, устраивающая их, начинает играть ту же роль, какую играла “Литературка” в советскую эпоху) прибавится его общение с соотечественниками на страницах “Независимой”, как бы и впрямь отвечающей своему названию. И кто посмеет после этого сказать, что в России не терпят инакомыслия?

Политтехнологам тоже отрада. Они тотчас потребуют дополнительных ассигнований на нейтрализацию вредоносных статей и заметок — их ведь явно прибавится. А штатным кремлевским публицистам представятся новые поводы блеснуть язвительным и бесстрашным умом, давая отповедь антидержавным “писакам”.

...Интернет-сайт “политэмигранта”, жестокосердно загнанного на Лазурный берег, снабжен заставкой с изображением колокола. Понимай: Березовский — это Герцен сегодня.

“Независимая газета” (в сравнении хотя бы с ТВ-6) на колокол не тянет. Но ничего, для благородного дела и колокольчик сгодится. Пусть звенит и ласкает слух всем, кому он так нужен.