Американцы наконец-то обрели критический взгляд на штампы собственной “великой мечты”. То, что в Америке героем становится любой, в новом фильме Джона Херцфельда “15 минут славы” вывернуто наизнанку и подвергнуто полному осмеянию (будем надеяться, что режиссер все-таки был настроен иронически и это действительно осмеяние, а не пафосное осуждение).
Великий полицейский (Роберт де Ниро), портрет которого красуется на обложке журнала “Пипл” и у которого просят автограф все, даже проститутки и сутенеры, идет по следу двух мерзавцев, один из которых — чех, другой, естественно, русский с говорящим именем Олег Разгул и не менее говорящей рожей неандертальца. Мерзавцы с особым цинизмом убивают сперва бывшего подельника (голливудский дебют Владимира Машкова, которому удалось продержаться на экране в течение шести минут и продемонстрировать из своего богатого арсенала лишь выражение крайнего удивления и бескрайнего страха), потом еще пару-тройку людей, а затем — захватывают самого великого полицейского. Славяне отвратительны, грубы, одержимы манией величия (русский мечтает стать великим режиссером и фиксирует все убийства на видеокамеру, а чех хочет стать великим убийцей, у которого будут брать интервью и о котором напишут книги). Фильм с жуткими подробностями убийства полицейского (сначала бандиты и герой долго ругаются, плюясь и попадая друг в друга) покупает телевидение, и все смотрят не отрываясь. Подробности смерти становятся самой рейтинговой новостью.
Тут бы всем и задуматься. Ан нет. Лучшие новости — плохие новости. Это известно всем, даже у нас. Любой человек, совершивший гадость, может получить свои 15 минут славы, когда на него будут наведены объективы телекамер. Выводы, которые из этого делают американцы (кинематограф в США всегда был несколько назидательным, показывая обществу, как оно должно реагировать на те или иные реалии, и зачастую принимая желаемое за действительное), обнадеживают. Справедливость в конце концов торжествует, журналюга получает по морде. У нас же подобная коллизия называется ущемлением свободы слова.
