Среди многочисленных прав, которыми обладают наши дети, есть и право на жилье. Среди многочисленных нарушений прав наших детей нарушается и это. С очередной детской историей нас познакомили сотрудники отдела по надзору за соблюдением законов о правах несовершеннолетних Киевской городской прокуратуры.

В ноябре 1995 года 67-летняя киевлянка бабушка Шура стала опекуншей внучки и правнука — Вики и Саши. До этого ребята жили в однокомнатной квартире большой и, увы, неблагополучной семьей: мать, ее сын и две дочери. У старшей дочери был маленький сын Саша, а младшей, Вике, исполнилось 12 лет. Папы не было.

Потом и мама умерла. Малолетние Вика и Саша, очевидно, утомляли родственников, и они отправили детей к бабушке. У бабушки было свое жилье.

Тут же начались нарушения, которые теперь неизвестно, как и кому исправлять.

Решение председателя главы районной администрации о назначении бабушки Шуры опекуном было первично. А заседание опекунского совета на эту же тему — вторично. Должно же было быть как раз наоборот. Сначала опекунский совет анализирует ситуацию, а уж потом шеф подписывает соответствующие документы.

Кроме того, орган опеки вынес свое решение, не имея актов обследования жилища бабушки и жилища детей, не имея описи их имущества.

По закону орган опеки и попечительства контролирует, как опекун исполняет свои обязанности. Но орган, видать, перегруженный задачами глобального масштаба, не опустился до уровня Вики и Саши и так ни разу их и не проведал.

А если бы проведал, то, может, узнал бы о судьбе детей нечто существенное.

С 1995 года Саша жил у прабабушки, потому что его мама Лена стала наркоманом. Его несовершеннолетняя тетя Вика почему-то оставалась со взрослыми сестрой и братом на прежней квартире. Не сложилось у нее с бабушкой. Потом сестра и брат Вики решили квартиру продать. Паспортистка выдала им справку. Там несовершеннолетние члены семьи не значились.

Теперь паспортистка оправдывается: она-де не знала, что Вику и Сашу обязательно надо было в справку внести, поскольку дети ведь тоже имеют права на квартиру, даром, что бабушка Шура считалась их опекуном.

В феврале 1997 года Сережа и Лена приватизировали квартиру, принадлежавшую не только им, но и Вике с Сашей, и тут же ее продали. А в декабре новые владельцы продали ее вторично.

Но закон стоит на страже интересов детей. Они все равно имеют право на ту несчастную квартиру, где родились. Только квартиры как бы и нет. Там живет так называемый добросовестный покупатель — женщина с сыном, и не выгонять же их? А если выгонять, то не на улицу же?

Так что закон есть, а жилья нет.

Тем временем Вика, лишенная надзора как со стороны родных, так и опекунского совета, пустилась во все тяжкие и в ноябре того же 1997 года в возрасте 14 лет родила дочку Алену. Папу Алены немедленно посадили за совращение несовершеннолетней, а бабушка Шура сказала, что с нее вполне достаточно правнука. Ему она квартиру оставит, если захочет, а вот с Викой пускай разбирается отец ее ребенка. Тем более, что он по амнистии уже вышел на волю.

Что маленькая Алена ни в чем не виновата и что она тоже имеет право где-то жить, написано в таком множестве законов и подзаконных актов, что одно их перечисление заняло бы слишком много места.

Тем не менее юная мама с младенцем на руках осталась без квартиры, и только после вмешательства городской прокуратуры получила в виде огромного одолжения со стороны властей койко-место в каком-то общежитии.

Теперь подсчитаем, сколько людей приложили руку к тому, чтобы исковеркать жизнь сначала двух, а теперь уже трех детей.

Прежде всего, конечно, мамы с несколькими папами. Но они люди пропащие, с них взятки гладки. Сестра и брат Вики всего лишь родственники, они как бы “не обязаны”. Что взять с бабы Шуры? Она уже еле ходит. Что взять с органов опеки и попечения? Они перегружены, там маленькие зарплаты, и они уже с ног сбились. Давайте их простим.

А вот кого я не прощу, так это паспортистку из дома, где живет бабушка Шура. Уж она-то, эта паспортистка, проработав в своей должности 18 лет, должна была прежде чем выдавать сомнительную справку, поинтересоваться, кого туда надо вносить.

Впрочем, я, наверное, погорячился. Оставим паспортистку в покое. Она тоже мало получает, замоталась, у нее свои проблемы, а что владельцы квартиры отблагодарили ее за то, что детишек в справку не внесла, так это еще надо доказать.

Давайте спишем все несчастья, с которых начинают свою жизнь Вика, Саша и маленькая Аленка, на всеобщие трудности, на экономику и политику. Общество виновато.