Практика подтверждает, что поддержание мира “на ручном управлении” — слишком сложная задача. Договоренности, существующие на бумаге, и реальная жизнь, к сожалению, — вещи совершенно разные. И то что происходит сегодня, подкрепляет нашу точку зрения, которую сейчас поддерживает большая часть населения. Правые, в том числе и наша партия, говорили, что мирный процесс, построенный на односторонних израильских уступках, в принципе ничего не требующий от палестинской стороны, никогда миром не закончится. Такая линия будет только способствовать террору, бандитизму, агрессии, усилению фундаментализма. Так называемый мирный процесс, соглашение в Осло, территориальные уступки в обмен на обещания, скажем так, “хорошего поведения” и борьбы с террором — все это провалилось. Палестинское руководство оказалось не готовым быть партнером в подобных вещах.
То, что нынешний премьер-министр Ариэль Шарон, возглявляющий правый лагерь, был избран подавляющим большинством, является свидетельством более жесткого курса в отношении руководства Палестинской Автономии. И, кстати, среди русскоязычных граждан поддержка нового курса была более весомой, чем в целом по стране.
Поэтому предпосылкой ликвидации длящегося уже более семи месяцев кризиса может быть более жесткая позиция по отношению к террору, абсолютная неуступчивость в ответ на насилие, в противном случае создастся впечатление, что мы поощряем эти агрессивные и реакционные тенденции. Необходимо заставить палестинцев признать реальное положение вещей. Израиль готов признать национальные права палестинцев — это нормальная политика конца ХХ и начала ХХI века. Мы не против. Но только до той черты, когда это не нарушает стратегических интересов Израиля, не ставит под угрозу наше существование. Если они поймут это, тогда диалог возможен и дальше — надо искать способы сосуществования. Мы не можем кому-то другому доверить свою безопасность и иметь других ее гарантов, кроме собственной армии. Поэтому логика прошлого мирного процесса была неверной, она вела в тупик.
Американское вмешательство толкало нас всех в пропасть. И я надеюсь, что при нынешнем руководстве мы это сползание остановили. Далее, очень многое зависит от палестинцев. Готовы ли они смириться с тем, что не все их национальные пожелания удовлетворимы и что ради мирной нормальной жизни, достойного заработка надо отказаться от разного рода территориальных притязаний? Нынешняя ситуация выгодна только коррумпированному руководству Палестинской Автономии, которое тянет деньги со своего народа, из соседних арабских государств, из международных организаций под предлогом, что, дескать, эти средства идут на укрепление национально-освободительного движения. И если мы создадим такие условия, при которых тупиковость пути нынешнего палестинского руководства станет ясна всем, тогда, мы очень надеемся, у палестинцев будет доминировать другая элита.
В конечном счете там, где в последние десятилетия был установлен мир, — в Европе, скажем, он всегда достигался за счет того, что люди смирялись с существующими границами. Они говорили: “Да, раньше было по-другому. Эльзас и Лотарингия были немецкими, в Судетах жили немцы, Бреслау (ныне Вроцлав) не был польским городом, он принадлежал Германии. Но если мы сейчас начнем его требовать назад, то будет война. Поэтому согласимся оставить все как есть. Начнем налаживать отношения, позаботимся о своих собственных национальных, культурных, экономических интересах. И на этой основе будем сосуществовать...”
Существует ли аналогичный подход к ближневосточной проблеме? В окончательном виде она не может решаться на основании требований возврата к ситуации, сложившейся до войны 1967 года. Это невозможно. Для Израиля это было бы самоубийством. Те наши левые лидеры, которые думали, что это правильно, привели страну к нынешнему серьезному испытанию. Но мы — государство, которое не желает больше воевать. Мы хотим жить нормально, мирно, поэтому ищем компромиссные решения. К сожалению, наши визави в компромиссе не заинтересованы. Сирийцы стремятся вернуться на Голанские высоты, палестинцы хотят назад Западный берег Иордана и половину Иерусалима и не желают признать, что это невозможно. И те державы мира ( в их числе и Россия), которые поддерживают подобные требования, по существу только обостряют ситуацию. Лишь в том случае, если арабские страны поймут, что мир ценен сам по себе и ради него следует согласиться с тем, что есть, только тогда появится возможность пойти навстречу их национальным чаяниям.
