На встречу пригласили киевских интеллектуалов, изъясняющихся по-французски и не чуждых традиции вести ученые беседы в непринужденной обстановке за стаканчиком вина или бокалом пива. В Украине, правда, это чаще происходит на домашней кухне, а не в кафе или ресторанчике, как принято во Франции, но в данном случае сами организаторы позаботились, чтобы полемисты почувствовали себя, как в Париже.
Начали с определения. Кого следует именовать интеллектуалом? Человека умного? Образованного? Зарабатывающего на жизнь интеллектуальным трудом? Или того, кто, обладая всем вышеперечисленным, несет моральную ответственность за себя и за народ, к которому принадлежит, является как бы совестью своего народа? Есть ли у интеллектуалов того или иного общества некая миссия, призвание, и в чем оно заключается? Такие вопросы были предложены для дискуссии, и присутствующие в меру своего интеллекта и владения французским языком высказали свои соображения на сей счет. Вспомнили и советские, и досоветские времена. Говорили о том, что на страницах украинской периодики муссируется не только тема места и роли интеллигенции в постсоветском обществе, но и каверзно ставится вопрос о том, а существует ли украинская интеллигенция как таковая? Действительно, есть некоторые основания полагать, что украинской интеллигенции как феномена не существует вообще. Так называемые интеллектуалы независимой Украины, те, кто не эмигрировал, ныне выживают исключительно благодаря международным грантам, то есть живут на средства не своей родины, а Соединенных Штатов, Германии, той же Франции, других благополучных государств. А многие, теперь уже бывшие интеллектуалы, которые получили образование и начали карьеру в советское время, давно “дезертировали” в бизнес или совершенно далекие от творческой и умственной деятельности сферы. Немало среди них и просто спившихся или деградировавших личностей. Значит ли это, что сегодня в Украине вообще нет продуктивного интеллектуального слоя, столь естественного для каждого общества? Но кто же тогда генерирует и выражает его идеи и умонастроения?
Вопросов гораздо больше, чем ответов. Французы вспомнили во время дискуссии своего великого писателя Эмиля Золя, который осуждал современный ему режим не только на страницах своих романов, но и как публицист в газетных статьях. Говорили и о французских интеллектуалах, ставших в годы нацистской оккупации коллаборантами. Яркий пример — Робер Бразийяк, блестящий французский литератор, занимавший должность министра кинематографии в правительстве Лаваля. Он был казнен в 1945-м, несмотря на петиции в его защиту, подписанные крупнейшими писателями того времени — Франсуа Мориаком, Полем Клоделем, Жаном Жироду, Жаном Ануем... Но ведь по-разному вели себя и советские интеллектуалы, или, привычнее будет сказать, интеллигенты, когда время требовало от них четкой позиции. И вообще, люди ведут себя по-разному в ситуациях, требующих мужества и выбора. Но почему-то именно от интеллектуалов общество всегда ждет большего гражданского мужества, чем от других граждан...
Снова и снова дискуссия возвращалась к теме именно украинской интеллигенции и ее роли в формировании национального самосознания. Кого считать первым украинским интеллектуалом — бродячего философа Григория Сковороду или же древнерусского князя Ярослава Мудрого? Если вести отсчет все-таки от Сковороды, то тогда можно полагать, что у истоков украинской интеллектуальной мысли стоит блестящий, выражаясь современным языком, именно неангажированный интеллектуал, автор духовной максимы “Свiт ловив мене, та не впiймав”. Но сколько “пойманных” украинских интеллектуалов после Григория Саввича бродило по украинским путям-дорогам?!
На встрече много рассуждали и об особом статусе интеллигенции в советское время, когда, казалось бы, навсегда были оборваны традиции рафинированной интеллектуальной среды, когда даже двери в учебные заведения охотнее открывались для тех, кто имел рабоче-крестьянское происхождение, когда многие воистину блестящие интеллектуалы, которыми гордилась бы любая нация, оказывались в тюрьмах и лагерях. И все же и тогда интеллектуальная жизнь не глохла.
И наконец, каков статус интеллектуала сегодня, в независимой Украине? Есть ли в современном украинском обществе люди, имеющие моральный авторитет, чей голос, чья подпись, чье воззвание что-то решает, кого уважают изуверившиеся во всем полуголодные украинские граждане? Есть ли сегодня личности, подобные писателю Владимиру Короленко, который отваживавался говорить нелицеприятные вещи и царской, и большевистской власти и которого, однако, не смели тронуть ни те ни другие? И главное, возможно ли в современном обществе само существование таких выдающихся людей?
Напоследок Антонин Аржаковски, атташе Посольства Франции в Украине по образованию и французскому языку, продемонстрировал несколько фундаментальных монографий, посвященных истории интеллектуальной мысли в его стране. А может быть, и Украине нужны книги, помогающие осознать роль и место интеллектуалов, понять, что же такое ангажированность интеллектуалов, каковы ее формы, и вообще, что это такое — зло, добро или нечто по ту сторону добра и зла? Возможно, нам подали неплохую идею. Наверняка найдут и средства на подобного рода исследование...
