Вечером того же дня около двух тысяч сербов блокировали дорогу возле полицейской станции ООН в Штрепче, часть из них прорвалась на территорию поста. Сожжено четыре и повреждено пять полицейских машин. Миротворцы отделались ссадинами и синяками. На американских полицейских толпа реагировала очень агрессивно, и на то были свои причины. Сразу после известия о трагедии на дороге 500 сербов пришли на центральную площадь к полицейской станции. Они были очень возбуждены, но вели себя мирно. Люди лишь требовали найти и наказать убийц. Американский полицейский вместо ответа несколько раз выстрелил в воздух, а когда это не помогло, направил оружие на толпу. В результате она выросла в несколько раз и стала неуправляемой. Десять человек персонала станции вызвали подмогу. Подоспевшие взводы американского КФОР и украинского СМП организовали круговую оборону. Но ситуацию полностью удалось взять под контроль только после прибытия украинского спецподразделения ООН и КФОР. Командиры спецподразделения МВД Украины Олег Хобчук и украинского контингента КФОР полковник Поляков вышли к толпе и в течение полутора часов вели переговоры.

Что стоит за этими сухими интернетовскими сводками, рассказывает Олег Хобчук, с которым редакция “СН” связалась по телефону.

— Мы прибыли в Штрепче в составе 60 человек и застали весьма незавидную картину. На центральной площади, забаррикадированной автобусами и мусорными баками, собралось около двух тысяч человек. Все попытки приблизиться толпа встречала градом камней и бутылками с зажигательной смесью. Мужчины кричали, женщины плакали... Один только вид американской формы вызывал шквал негативных эмоций. И все это при полном отсутствии света. Полицейские, опасаясь за свои машины, выключили даже фары. Улицы были беспорядочно перекрыты военной техникой, не было ни общего командования, ни руководителей местной администрации. Я понял: еще немного, и накопившееся с обеих сторон напряжение обязательно приведет к трагической развязке. Поэтому и пришлось взять ответственность на себя.

— Что же вы такое сказали, что поверили именно вам?

—Я говорил о том, что вражда ни к чему хорошему не приведет, что мы братья-славяне, что я не враг, не бездушный “карательный механизм”... И что мы все сделаем для того, чтобы убийцы были найдены и получили по заслугам. Я говорил искренне и открыто и в определенный момент ощутил: ко мне стали прислушиваться. Переговоры длились более часа. В результате был достигнут компромиссный вариант: сербы отпустят американский взвод со станции и разойдутся, если американцы полностью оставят селение. К полуночи все успокоилось. На следующий день в селение прибыли официальные представители ООН. Провели переговоры, состоялся митинг... Все было тихо-мирно. Немного пострадал лишь один западный журналист. Он получил по физиономии после того, как в его машине сербы увидели албанскую газету. Окна в авто разбили и собирались поджечь. Пришлось и его выручить...

Двое в драку, а третий — миротворец…

Именно для работы в экстремальных ситуациях, которые возникают тут постоянно, и была сформирована специальная полиция ООН. Одно из таких подразделений — наше. На его долю выпало контролировать самый опасный, Гнилянский регион, расположенный на стыке границ Македонии и Сербии. Именно через эту территорию проходит путь албанских и арабских боевиков, подпольные транзиты оружия и героина из Албании, а также через эти земли пролегают “дороги жизни”, по которым косовские сербы под усиленным конвоем миротворцев несколько раз в неделю ездят на заработки в Большую Сербию. О том, какова ситуация в крае сегодня, мы подробно рассказывали в прошлом номере “СН”. А коротко ее можно охарактеризовать так: после инцидента 13 февраля война между албанцами и сербами из партизанской перешла в открытую. Миротворцам крепко достается от обеих сторон. ООНовские машины обстреливают, бьют в них стекла, а военных встречают с тяжелыми предметами в руках. Наши ребята, слава Богу, все живы, — успокоили меня в батальоне. А синяки и ссадины — это пустяки, настоящих мужчин шрамы только украшают...

Украина в Косово

Украина — единственная страна, которая представлена в Косово во всех структурах международных сил по поддержанию мира. Тут работают 115 миротворцев спецподразделения МВД, единственное в крае кинологическое отделение, 35 сотрудников которого имеют “на вооружении” 25 специально обученных собак. В полиции ООН насчитывается 34 полицейских-украинца. Четверо наших спецов работают при ОБСЕ да плюс воинский контингент. Украинские миротворцы у руководства миссии на очень хорошем счету, о чем свидетельствуют поощрения и довольно быстрое продвижение наших полицейских по службе.

Благодаря нейтральной позиции самой Украины и поведению миротворцев, украинцев в Косово воспринимают очень хорошо. Натовцы и албанцы относятся к ним гораздо лучше, чем к россиянам. Доброжелательны к украинцам и сербы. Наши миротворцы уже через несколько недель после приезда на эту землю начинают сносно говорить по-сербски, что позволяет мягче и быстрее разрешать различные конфликтные ситуации. Чего не скажешь об англоязычных представителях военного контингента. На эту тему даже анекдот сочинили: “Человек, который знает пять языков, полиглот, три языка — украинец, а один — американец”. Албанским из миротворцев не владеет никто. Этот язык знал только один, уже уехавший из края украинский вертолетчик. Он оказался албанцем из-под Одессы, там у нас есть несколько албанских сел.

А сейчас особым уважением у албанцев пользуется миротворец Олег Шишацкий. Он немного освоил арабский и под настроение поет суры Корана. Причем так складно выдерживает текст, произношение и мелодию — любой мулла позавидовать может.

“Батяня” Хобчук

Три недели назад мне довелось побывать в Косово на базе спецподразделения нашего МВД и познакомиться с жизнью наших миротворцев и их командиром Олегом Хобчуком. Дома он возглавлял спецназ “Беркут” на Житомирщине. За четыре месяца работы в Косово Хобчук обустроил базу для спецподразделения, сплотил коллектив, отметил свое сорокалетие и был награжден орденом “За мужество”.

Его сослуживцы рассказали, что боевое крещение Хобчук принял еще в сентябре, в составе авангардной группы: проводил операции по разоружению албанских боевиков. Он один из немногих командиров в Косово, кто свободно говорит с местным населением и не боится брать ответственность за проведение всей операции на себя. Учитывая это, руководство полиции Олега Матвеевича высоко ценит и постоянно посылает “разряжать обстановку” на самых опасных участках.

Ромашки на снегу

База нашего спецподразделения МВД в Косово оформлена по всем правилам военной науки. Высокий забор с колючей проволокой, “укрепленный” мешками с песком и несколькими наблюдательными вышками по периметру. За забором напротив входа — разбомбленное здание сербской автошколы. Вокруг него расположились жилые корпуса и хозяйственные постройки украинского контингента. Повсюду чистота и безупречный порядок.

Из припорошенной снегом земли пробивается трава и цветут ромашки. Как в чернобыльской зоне — невольно вырывается у меня... Нас с первого дня успокоили: радиации тут нет, а цветущие ромашки надо списать на “причуды природы”.

Авангардная группа во главе с Олегом Хобчуком еще в сентябре совместно с полицейским управлением разработали план лагеря. Строила его бригада местных албанцев. Сейчас на украинской базе работают 16 человек обслуживающего персонала.

Завидев меня, уборщица-албанка неслышно “растворяется” в темноте.

— Они такие, — рассказывают наши ребята. — Первое время вообще ходили, как тени. Потом немного освоились, разговорились. Все сербский знают, но говорить на нем избегают. Убирают добросовестно. Только пыль с наших икон не стирают и плакаты с непозволительно оголенными девушками просят немедленно снять.

Кухонные страсти

Столовая встречает меня идеальной чистотой и запахом... индийских специй. “Питание — наша головная боль, — жалуются ребята. — Мало того, что приходится есть безвкусную “миротворческую” пищу, которую поставляет НАТО, так еще повар-индиец совсем своей национальной кухней замучил. Хоть бы раз поесть “человеческого” борща!”

В уныние приводит и ежедневный “английский завтрак с индийским уклоном”: безвкусная колбаса, яйца вкрутую и бутерброды с маслом...

Один раз не выдержали, развели костер и напекли картошки с салом. До сих пор, как вспомнят — слюнки текут... Есть, правда, и два своих повара, но работать по специальности они не могут. Любую замену, будь то местный работник или миротворец, нужно согласовывать (порою несколько месяцев) с руководством.

О, женщины…

Но, как выяснилось, совсем не по родной кухне больше всего скучают наши миротворцы. Больше — по информации из Украины. Наше ТВ там не принимают, а из прессы доступны лишь две газеты в Интернете. А еще больше наше воинство страдает без женского общества. Без женщин — просто тоска зеленая, некому даже комплиментов наговорить!

С женщинами других миротворческих подразделений в этом плане проблематично. “Посмотришь на нее чуть дольше, чем положено по уставу, тут же обвинят в сексуальном домогательстве! — возмущаются наши мужчины. — А мы входим в общую структуру полиции, поэтому все их законы распространяются и на нас... За один комплимент и зарплаты, и карьеры лишиться можно”.

Просто до абсурда доходит, особенно у американцев. Пашут их женщины наряду с мужиками и при этом со стороны мужчин — никакой помощи! Если кто-то скажет: “Сильвия, давай я понесу твой автомат”, она тут же может обвинить его все в том же сексуальном домогательстве. Что он на самом деле имел в виду, разбираться никто не будет... А женщины, они во всех странах — коварные и часто этим пользуются, особенно для продвижения по службе. Правда, американские мужики за такую “эмансипацию” отомстили. Обычная картина: идет здоровенный натовец налегке, а рядом семенит, сгибаясь под тяжестью амуниции, маленькая американочка. Еле ноги волочит. Наш вояка со стыда сгорел бы! А этот только посмеивается. Он — начальник, она — подчиненный. И все тут!

Да и, по правде говоря, смотреть-то там не на что... Американки-миротворки все накачанные, мужеподобные, неопрятные, могут неделями обувь не чистить. Прямо не женщина, а “товарищ времен гражданской войны”. Француженки и итальянки в этом плане — другие. Даже форму они носят с особым шармом. Они более женственны и общаться с ними гораздо легче. Хотя тоже — смотря на кого нарвешься...

Спортивные фантазии

В общем, остается одна внерабочая отдушина — спорт. Восхищение всех иностранных батальонов вызывает спортзал наших миротворцев, с тренажерами и приличным набором другого спортивного инвентаря. Все сделано миротворцами из труб... местного комбината, поскольку Украина не помогла. Предмет гордости украинцев — настоящее футбольное поле с ровным зеленым травяным ковром.

На нем недавно наши разгромили американских коллег. Те прибыли как на парад: форма — с “иголочки”, улыбки — голливудские. Вдоль поля пробежались, поразминались, мускулами поиграли. А наши их “сделали” со счетом 4:0! Теперь вот англичане усиленно тренируются, тоже сыграть хотят...

Собачья жизнь по-человечески

У входа на территорию кинологов меня встречает рыжая дворняга Катька.

— Это наша любимица, — смеются миротворцы. — Вырастили, что называется, с “собачьих пеленок”.

Собаки в кинологическом центре живут, по “псиным меркам”, просто роскошно. Просторные вольеры с освещением и подогревом, уход, достойное питание. Родина “осчастливила” собачек тремя тоннами сухого корма “Магнат”, который они не очень-то любят. Поэтому их докармливают отходами кухни.

“Наши собаки по роду службы делятся на три категории: “наркоманки” — обнаруживающие наркотики, “взрывники” — ищущие мины и оружие и “патрульно-розыскные”, — рассказывает начальник кинологов Владимир Кузнецов, — их работой гордится вся полиция края. За службу особо отличившихся уже предлагают награждать медалями и продуктовыми пайками. Одно нехорошо: клички у наших собак — сплошь американские имена. И это создает некоторые неудобства. Особенно во время совместных рейдов, когда не поймешь, к какому именно Джеку или Сэму обращаются. К тому, что на “двух” или к тому, что на “четырех”. Но особенный восторг вызывает пес по кличке “Арс”, что в переводе с американского означает “задница”...

...В разговорах миротворцы любят подшучивать над собой, обстоятельствами и даже над смертью. Так люди способны шутить только в экстремальных условиях. Когда сегодня смеешься, а завтра, рискуя собственной жизнью, спасаешь тех, кто оказался заложником этой страшной войны. Пожелаем же им удачи.