ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Добрый день, друзья! Я благодарен господину Юргену Ротту за то, что он потратил столько времени, изучая не столь важную для Германии проблему, как моя жизнь. Я благодарен также господину Ротту за то, что он не взял 600 000 дойчемарок, предлагаемые ему за то, чтобы книга не вышла. Не знаю, может, я бы и взял... (смех в зале). Я благодарен ему за то, что он оказался человеком, который захотел меня выслушать, а не просто гоняться за жареными фактами. Я, безусловно, не обо всем говорил открыто с господином Роттом — это было бы преждевременно для его первой работы со мной. Но то, что я ему говорил, — говорил честно. Но, к сожалению, при этом я должен посмотреть, чем закончатся для меня и эти разговоры... Итак, я благодарен всем за то, что вы пришли сюда и с удовольствием отвечу на ваши вопросы...

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Вынужден вас разочаровать: я не встречался ни с политическими, ни с государственными деятелями Австрии. Никого из них не знаю, если честно, даже по фамилиям.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Повторюсь. Я действительно очень много общался с журналистами, и то, что потом о себе читал, — это лишь маленькие кусочки, фрагменты сказанного мной, то, что было удобно для журналистов. Думаю, что, может быть, эта книга впервые рассказала правду.

ВОПРОС: — Ваша оценка событий, происходящих на территории бывшего СССР. Не стали ли и вы заложником противоречий, которые возникли после развала Союза?

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Отвечу только по Украине. Мне трудно судить, как развивается ситуация в других постсоветских странах. Тем более что считаю: развитие событий в них пойдет разными путями. Я думаю, сегодня в Украине доминирующими настроениями являются апатия и пессимизм. Это связано с тем, что оптимистические ожидания перестроечного времени сменились ежедневным кропотливым трудом — счастье демократии не упало с неба за одну минуту. Люди перестают верить новой власти, как не верили при коммунизме. Они видят, что перед входом в парламент, например, стоит множество “Мерседесов-600”, депутаты увешаны золотыми “Роллексами”, а вся задекларированная ими зарплата составляет чуть больше 100 долл. в месяц. Речь, разумеется, не о всех депутатах, но такие есть... Конечно, в такой ситуации вера во власть пропадает... Кроме того, я считаю, что подобное настроение поддерживается Западом. В какую бы страну я ни приезжал, об Украине знают только по словам “Лазаренко”, “Чернобыль” и иногда — “Динамо” (Киев). При этом Украину называют одной из самых коррумпированных в мире. В Украине, безусловно, есть коррупция, но я думаю, что она есть и в других странах мира. В Украине живут пятьдесят миллионов человек — и кроме группы коррупционеров, поверьте мне, все остальные — нормальные люди, трудолюбивые и терпеливые, которые хотят жить в цивилизованном обществе и реально хотят идти к Европе.

Я уверен, что даже среди присутствующих в зале уважаемых журналистов мало кто знает, что Украина — едва ли не единственная страна в мире, которая добровольно отказалась от атомного оружия. А также, напомню, закрыла, как и обещала, Чернобыльскую АЭС. Безусловно, определенной предвзятостью Запад отталкивает Украину.

Да, людям экономически живется очень тяжело, наверное, даже еще хуже, чем вы можете себе представить. Страшно и то, что в народе возникает мнение: при коммунистах в Советском Союзе было лучше. Это, конечно, не доминирующие настроения, но они развиваются.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Спасибо за этот вопрос. Да, это желание возникло не спонтанно. Даже при том, что я общался с таким уважаемым человеком, как Юрген Ротт. Я долго размышлял. Сейчас могу сказать, какой момент был для меня ключевым. Это произошло как раз в Берлине четыре года назад. Я в этот день, четыре года назад встречался с ныне покойным Игнацем Бубисом, замечательным человеком, возглавлявшим много лет еврейскую общину Германии. Он мне сказал одну фразу, которую я буду помнить долго: Вадим, если ты не сделаешь ничего, чтобы очистить свое имя от домыслов, то тогда тебе лучше уйти с поста руководителя еврейского движения Украины, ты навредишь общине. И тогда я начал задумываться над тем, где мое личное, а где — общественное. Этому не учили в Советском Союзе. Теперь этому приходится учиться у жизни. То, что вы, родившиеся на Западе, получаете с молоком матери, — всему этому мы учимся долго, тяжело, все это приходится переосмысливать.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Это не моя книга, я ничего в ней сам не писал. Вот сам ее прочту на ближайшей неделе, и тогда мне будет легче ответить на ваш вопрос. Единственное, что могу сказать твердо: я никогда не сотрудничал с израильской службой безопасности и никогда не сотрудничал с немецкой службой безопасности.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Я не договорился и поэтому имею проблемы...

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Я здесь нахожусь без своей охраны. И вообще, по Европе перемещаюсь без охраны. В Украине же у меня есть охрана, впрочем, как и у всех крупных бизнесменов, работающих в этой стране.

К Юргену Ротту я сам не обращался — он меня нашел. Прислал электронное письмо, в котором спрашивал, могу ли я ответить на его вопросы по ряду людей, подозреваемых в связях с “русской мафией”. Думаю, что тогда это было просто рабочее письмо, он сам не ожидал, что я на него отвечу. Да и я не ожидал, что на него отвечу...

Почему книга издается в Берлине? Это вопрос не ко мне, а к издательству “Europa Verlag GmbH”, которое сегодня пригласило меня к вам на пресс-конференцию; я ее не устраивал...

В феврале книга выйдет в Украине. Если, конечно, ничего не произойдет...

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Спасибо за вопрос. Я бы не смешивал эти события. И не называл столь резкими словами то, что происходит сегодня в Украине. Конечно, я не ожидал, что издание книги вызовет такой ажиотаж, который происходит последние три-четыре дня. СМИ полны догадками о том, кого же назовет Рабинович, кого он будет разоблачать. Это все, наверное, происходит потому, что есть люди, которые боятся, что о них станут говорить, что их разоблачат. Чистых и честных мало волнуют подобные высказывания на пресс-конференциях...

На меня сильно давили последние три дня. И, на мой взгляд, достигли обратного результата. Когда я ехал сюда, в Берлин, друзья мне советовали: о’кей, вышла эта книга, примем это как данность, не надо ни о чем больше говорить! Но я очень не люблю, когда на меня давят.

Я спросил у Юргена Ротта: у нас в Украине ни одно расследование, скорее всего, не будет доведено до конца, если его не поддержит западная пресса, скажи, Юрген, я могу рассчитывать на такую поддержку, если что-то буду говорить? Он мне ответил “да!” И поэтому я буду говорить и дальше! А вы готовы меня поддержать?

Я вам скажу, что преступность в постсоветских странах глубоко проникла во многие сферы жизни, даже гораздо глубже, чем вы себе представляете. Самое страшное, что она научилась использовать приверженность Запада к независимой прессе, к свободе слова. Именно поэтому она инвестирует значительные средства в сферу масс-медиа.

Приведу пример. Я утверждаю — и готов нести ответственность за свои слова, которые вы услышите сейчас: под “крышей” немецкой компании

“ИННОВА-фильм”, которая работает в Дюссельдорфе, работают люди, связанные с преступностью. Я утверждаю, что большая часть средств от продажи рекламы украинской телекомпанией “Студия “1+1”, которая контролируется компанией “ИННОВА-фильм”, никогда не попадала в Украину, а уходила через оффшорные компании на Запад и потом участвовала в “отмывании” огромных сумм. Я также утверждаю, что руководство этой компании в лице господина Фуксмана, проживающего в Дюссельдорфе и являющегося директором фирмы “ИННОВА-фильм”, регулярно обманывает своих партнеров — крупнейшую американскую компанию “Central Media Enterprises”, похищая деньги за рекламу. Эта компания СМЕ котируется на Нью-Йоркской фондовой бирже, и таким образом вкладчики в эту компанию, акционеры разоряются: все средства уходят совершенно в другую сторону, не к ним, а в теневой бизнес.

Я заявляю, что за день до моего приезда сюда, в Берлин, мне позвонили по телефону и предупредили, что если я на пресс-конференции назову фамилию Фуксмана, то после этого я не смогу назвать никого и никогда. Я верю в серьезность этих угроз, потому что господин Фуксман (все это происходило на моих глазах) связан с крупнейшими военными чинами в России, он занимался поставками в Группу Советских войск в Германии алкоголя, а то что там творилось, — вы и сами знаете.

Именно поэтому хочу вам сказать: я себя великолепно чувствую, ничем не болею — и если со мной что-то произойдет в ближайшее время, то вовсе не потому, что у меня плохое сердце или легкие.

Я с удовольствием отвечу — в том числе и в германском суде, — если господин Фуксман или господин Роднянский, или кто-то другой, стоящий за компанией “Студия “1+1”, подаст на меня в суд. Я готов предоставить суду или независимым журналистам документальное подтверждение всех фактов, о которых говорил. И поверьте мне, — я сказал вам только то, что могу подтвердить документами, а действительность намного страшнее...

Сегодня организованная преступность прекрасно поняла, что самое главное — иметь возможность говорить через средства массовой информации устами независимых (или так называемых независимых) журналистов. Хочу, чтобы вы четко понимали: в бывшем Советском Союзе практически не существует средств массовой информации, которые бы не контролировались если не организованной преступностью, то по крайней мере финансовыми группами. Рекламный рынок практически отсутствует, поэтому все средства массовой информации дотационные, они требуют инвестора. А западный инвестор не идет в страны бывшего Советского Союза или идет пока очень неохотно. Для того чтобы проверить мои утверждения, достаточно провести в Украине элементарное расследование. Но я боюсь, что без вашей поддержки, без вашей помощи этого делать не будут. И дело даже не только в коррупции. Никому из политиков не хочется связываться с таким крупнейшим информационным источником, как, скажем, телевизионный канал (где вещает телекомпания “Студия “1+1”). Давно известно, что при помощи телевидения в нужный момент можно опорочить любого человека, любого политика. Поэтому я думаю, что в таком расследовании политики будут стоять в стороне. В любом случае, если вы как независимые журналисты поинтересуетесь гостями, приезжающими в упомянутую мной компанию в Дюссельдорф, наверняка обнаружите список лиц, который заставит вас серьезно задуматься. Это и очень крупные чины бывшей Советской Армии, и очень серьезные люди из правительственных кругов России и Украины, и просто криминальные преступники.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Можно отвечать? Сначала на первый вопрос. С Фуксманом мы действительно знакомы, сотрудничали и были партнерами в телекомпании “Студия “1+1”, 50 на 50... Он занимался финансами компании, а я — технической структурой в Украине. Повторяю: готов предоставить и независимым журналистам, и суду документы о том, что в первый же день, когда я обнаружил, что что-то нечисто в компании, я отправил и Фуксману, и американским партнерам факсы о том, что намерен немедленно выйти из компании, если не будет проведено тщательное расследование. Повторяю, это не документ, который я направил сегодня, а еще в 1998 году. После этого я имел огромные проблемы, и меня заставили продать г-ну Фуксману 50 проц. моей доли в компании за 2,5 млн. долл. На следующее утро он продал американцам, по-моему, 10 проц. за 5 млн. долл. Повторяю: как только я понял, что за спиной “Студии “1+1”, компании “ИННОВА-фильм” происходит совсем не то, что я думал, я письменно уведомил об этом всех участников и вышел из этой компании.

Что касается Берлина, — то знаете, пресс-конференция у нас короткая и давайте посмотрим, чем для меня закончится дюссельдорфская история, а потом вернемся к берлинской.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Я только что ответил на этот вопрос...

Вернусь к вопросу насчет Гонгадзе. У меня есть свое видение этой истории. Гонгадзе был действительно независимым журналистом. Был или есть — я не знаю. Вы — представители “Немецкой волны” — должны знать, что в Украине есть журналисты куда более оппозиционно настроенные и опасные для власти, чем малоизвестный до этой истории Гонгадзе.

Все они живы и здоровы. Я бы все-таки вернулся к фразе: “Надо посмотреть, кому это выгодно”. В истории с Гонгадзе страшно озаботились свободой слова левые силы Украины. (Не говорю о журналистах, которых, безусловно, волнует собственная жизнь и безопасность.) Раздувают скандал левые силы Украины — я утверждаю это. Вы знаете, я им не верю и думаю, что если бы в Германии, например, Эрих Хонеккер обеспокоился свободой слова, вы бы тоже не верили. (Смех в зале...) Почему они все семьдесят лет не думали о свободе слова, а сейчас так озаботились? Просто сегодня левые научились работать хорошо, с учетом западного менталитета. Они называют себя, например, социалистической партией, поэтому и Германия, и любой журналист будет думать, что это социалистическая партия, идентичная европейской, а это — партия той же коммунистической идеологии. А насчет возможности расследования— скажу опять-таки свое мнение. Я могу поверить, что в правоохранительных органах, в милиции, в службе безопасности, в прокуратуре два, три, пять, десять, сто человек связаны с криминалом или с властью. Но не могут десятки тысяч людей быть абсолютно поглощены коррупцией, и среди них не найдется ни одного порядочного человека. Я просто в это не верю. В любом случае, думаю, что этот скандал — одна из самых страшных вещей, которые происходили в Украине, потому что он может убить как таковую веру во власть, в возможность существования демократии в стране и стать причиной очень тяжелых, просто страшных последствий для Украины. Сегодня очень многие пользуются этим скандалом для приобретения политического веса, не думая о последствиях.

Кстати, я хочу поздравить “Немецкую волну”. Она, насколько я знаю, подписала удачный контракт со “Студией “1+1”... И теперь такая независимая компания будет помогать вам рассказывать правду о жизни. (Смех в зале...)

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Спасибо за вопрос. Я неоднократно имел честь видеть г-на Бубиса и даже имел честь принимать его в Киеве. Он приглашал меня сюда, и мы встречались здесь, в Берлине. Я продолжаю быть председателем Объединенной еврейской общины Украины, и это единственное, что я последним смогу бросить... Буквально несколько дней назад мы в Киеве открыли религиозную иешиву для мальчиков — учебное заведение для раввинов на сто человек, — которая будет готовить раввинов для регионов Украины, потому что в Украине нет ни одного раввина, который родился и вырос в Украине, — все приезжают из других стран. И всех, кто будет в Киеве, я приглашаю в гости в нашу знаменитую синагогу Бродского — это, наверное, самое большое дело моей жизни. Мы восстановили Центральную синагогу Киева, которая в годы власти большевиков использовалась под склад, а потом — кукольный театр. Я ее выкупил у города Киева, отреставрировал, и сегодня это одна из самых красивых синагог в Европе. Надеюсь, что это на века. Могу вам пообещать то, что пообещал г-ну Бубису: если не смогу доказать, что я честный человек, — уйду из еврейского движения.

... А вам скажу, какое дело, на мой взгляд, сегодня есть у всех, кто хочет, чтобы Украина не вернулась в состояние двадцатилетней давности. Надо пытаться делать что-то хорошее, несмотря на все, что говорят. Есть еще очень важная вещь, без которой не выживет бизнес в Украине, России и других странах. Сегодня все богатые люди, заработавшие деньги в России, в Украине, на Западе, — все они считаются “русской мафией”. Думаю, что если все будут продолжать молчать, это будет длиться бесконечно. Надо все-таки попытаться отделить зерна от плевел. Это очень сложно, потому что информационный вал, который вы получаете с Востока, очень часто является необъективным. Но если вы не сделаете это, если не разделите бизнесменов на тех, кто своей головой, своим трудом зарабатывает деньги и тех, кто наживается на криминальном бизнесе, тогда вы отрежете от себя территорию бывшего СССР, выстроите новую стену, и это будет такая “Берлинская стена”, которую уже никто никогда не разрушит...

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — По Гонгадзе я уже ответил. Я не беседовал с г-ном Роттом об этом журналисте и был бы счастливым человеком, если бы мог сказать в этой книге, что Гонгадзе жив. Если господин Ротт что-то писал о Гонгадзе — я этого не знаю...

Опасаюсь ли я, что об этой пресс-конференции ничего не будут говорить? Так мы же не о пресс-конференции говорим... Надеюсь, что вы в том числе не позволите замалчивать. А то, что на меня обрушатся после этой пресс-конференции,— вы сами увидите. Думаю, что с завтрашнего дня я получу огромную дозу негатива в газетах, на телевидении, особенно там, где доминируют клановые интересы тех, кого задели. Поэтому хочу повторить: не надо мне верить на слово. Я просто требую, чтобы то, что я сказал, те документы, которые я готов предоставить, были проверены. Если я говорю что-то не так, пусть об этом скажут. А если это правда, то пусть тоже об этом скажут. По-моему, это очень демократичная форма.

Я уже сказал, мы в средствах массовой информации много пишем о том, как разворовываются кредиты, поступающие с Запада. Кредиты нужны, но все-таки я бы ввел два дополнительных фактора для их получения — я бы давал кредиты частному бизнесу и ввел бы очень жесткий контроль над тем, как тратятся эти деньги. Это первое. И второе — это проистекает из истории с Гонгадзе и многими другими. Считаю, что 10 условных процентов из всех предоставляемых кредитов, и это должно быть условием их получения, должно идти на развитие прессы, чтобы поддержать независимую журналистику. Иначе все, абсолютно все средства массовой информации окажутся под контролем конкретных финансовых групп, и на этом закончатся любые попытки создать в Украине демократическое общество.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Когда я познакомился с Лешей Роднянским, это был действительно творческий человек. Мне кажется, если бы он продолжал заниматься своим делом, мы бы вскоре увидели какой-нибудь его кинематографический шедевр. Однако сегодня Роднянский — бизнесмен. Вот передо мной лежат документы — я готов ознакомить с ними всех желающих. Это банковские расходы господина Роднянского и господина Оселедчика (его заместителя). Как видите, эти расходы, скорее, под стать Биллу Гейтсу, — это десятки тысяч долларов ежемесячных расходов, потраченные только на рестораны, гостиницы и магазины. И все за счет немецкой компании “ИННОВА-фильм” господина Фуксмана. Уважаемые господа журналисты! Поднимите, пожалуйста, руку те, кто может позволить себе такие расходы! (Смех в зале...) Правда, Роднянский является племянником Фуксмана, и, может быть, эти деньги — такая помощь германского дяди бедному родственнику? Но тогда это надо делать за личный счет, не за счет американских держателей акций. Вот перед вами бумаги, свидетельствующие о громадных суммах в сотни тысяч долларов специальных выплат, которые получал лично господин Фуксман для непонятных целей из кармана американских налогоплательщиков. И вот документ о том, что я категорически отказался взять эти деньги...

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Конечно, нет. Я работал с этой американской компанией, встречался с ее руководством. Это законопослушные люди, но когда из уст журналистов, привезенных к ним Фуксманом, а также из уст г-на Роднянского (а они уверены, что он тоже независимый журналист) звучало утверждение, что Рабинович — это какая-то мафия, испуганные американцы на всякий случай поверили им.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Я думаю, что Германия — страна с долгой историей демократии (особенно по сравнению с нами), и если не верить в дееспособность этой демократии, то лучше сразу уезжать в Африку.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Ваш вопрос как раз и подтверждает мои слова. Я не надеюсь на то, что прямо здесь и сегодня вы безоговорочно поверите в мои слова. И поэтому я говорю вовсе не о тех фактах, которые помогут мне урегулировать какие-то собственные вопросы. С людьми, стоящими за “Студией “1+1”, я вообще не хочу регулировать никакие вопросы. Я говорю только о тех фактах, которые могу доказать и которые помогут нам установить мостик доверия. Я могу пообещать, что если все, что я рассказал, будет проверено и подтвердится, то я готов буду встретиться с вами в любое удобное время и рассказать еще немало интересного. Есть разные люди: некоторые бросаются в воду с вышки, а вот я всегда очень постепенно захожу в воду: сначала по пояс, потом по грудь, а потом уже плыву... Это характер. Я прошу вас учесть, что у меня — трое детей, и я их очень люблю.

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — На Западе есть замечательное выражение, которое я применю в данном случае: “ноу коммент” — “без комментариев”...

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — “Ноу коммент” — не комментирую...

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Насчет независимости “Студии “1+1” — мне не хотелось бы действовать такими же грубыми методами, как они, высказывая негатив в их адрес. Отдельные журналисты “Студии “1+1” могут быть независимыми. Но в общем “Студия “1+1” находится под жестким контролем, почти все указания поступают от господина Фуксмана, в зависимости от его интересов...

Что касается вашего вопроса по поводу Президента Украины Леонида Кучмы, скажу вам крамольную для Запада фразу: я считал и буду считать, вне зависимости от каких-либо публикаций и расследований, — Леонид Кучма — это тот человек, при котором реально сформировалась украинская государственность, и он на несколько порядков моральнее и честнее тех, кто сегодня пытается его “разоблачать”... Мы все не ангелы с крыльями, мы все вышли из коммунистического прошлого, но когда ажиотаж спадет и история расставит все по местам, окажется, что для Украины Кучма сделал очень много...

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Я не специалист по России, могу высказать только свое личное мнение. Мне кажется, что Путин — как раз тот человек, который в состоянии остановить распад России и анархию. Он начал жестко защищать интересы России, — но, простите, а чьи же еще интересы он должен защищать? Думаю, только через несколько лет Путин станет понятен до конца. Но уже сегодня можно сказать, что при Путине Запад получил, по крайней мере, предсказуемого политика. И теперь в России невозможна ситуация, при которой утром страна объединяется с Японией, а вечером, развернувшись в другую сторону, — с Кубой...

ВАДИМ РАБИНОВИЧ: — Это моя Родина. Я люблю ее и хочу, чтобы ее народ жил, как все народы Европы, и чтобы Украину прекратили поливать грязью. Поддержите сегодня эту великую страну в ее стремлении к демократическому европейскому сообществу!