В национальном театре имени Леси Украинки на этой неделе — юбилей. Пока еще не самой Русской драмы, но тоже 75-летие. Народный артист Украины Сергей Иванович Филимонов выставку к своей круглой дате готовит сам. Последние годы он смотритель (хранитель, служитель) музея театра, и, значит, это его служебная обязанность.

— Когда я пришел сюда, мне было 27. Об этом театре я мечтал несколько лет, с тех пор, как студентом ГИТИСа увидел его спектакли на гастрольной декаде в Москве. После института, отработав по распределению положенные два года в подмосковном Ногинске, я написал письмо в Киев Николаю Рушковскому (мы знакомы с 46-го), а ответ получил от Ирины Молостовой: если не будешь требовать квартиры, зарплаты и роли, присылай заявление. Я был счастлив. Так и прожил всю жизнь — не требуя...

О его жизнелюбии ходят легенды: многодневные рыбалки и байдарочные походы, сплотившие коллег разных поколений, и невероятная... смешливость в жизни и на сцене (есть такая актерская забава: “расколоть” — рассмешить партнера во время спектакля).

Он кладезь театральных историй и хранитель театральной истории.

Его русская сценическая речь и русский театральный язык, манера говорить и играть — четко и убедительно, веско и легко, эффектно и деликатно — это и есть та самая Школа, потерю которой сегодня охотно оплакиваем как утрату традиции навыков. Забывая, впрочем, что Школа включает навык лишь как элемент. А определяет ее — масштаб личности...

Мне ужасно не хотелось, чтобы поводом для встречи с Сергеем Ивановичем был только его юбилей — праздничная и приятная, но все же формальность. У меня был свой, личный и давний: волею ряда случайностей попавшая в наш дом театральная шпага, подаренная в1977 коллективом театра “генералу-режиссеру В.А. Нелли за преданность Мельпомене”. Конечно, ее место — в музее театра. Тем более что музей этот в надежных руках. Оказалось, музей в беспробудном ремонте. Сергей Иванович был расстроен: работа стоит, самочувствие неважное. Я растерялась. “Большого” разговора не получилось. У “вертушки” служебного входа мы попрощались до встречи на его выставке. И он ушел в театр, опираясь на палку и со шпагой в руке. А мне почему-то вспомнились Хемингуэй и Станиславский одновременно.

Старик в театре — не амплуа и не возраст, и не почетное звание. Далеко не каждый актер, даже прожив жизнь в искусстве, становится Стариком. Сергей Филимонов — из той редкой сегодня породы артистов, чье творчество как раз и знаменуется органичным и безусловным переходом в категорию избранных — театральные Старики. Не просто хранители традиций и живые легенды — люди, ответственные за связь времен. Она и рвется-то у нас, потому что они уходят со сцены как из жизни...

Сергей Иванович! Вы нужны и Вас любят! С юбилеем!...