Сначала хочется сказать несколько слов о женщинах. И не только потому, что три первые премии, а также специальный приз “Симпатия”, врученный за роман “Диагноз: женщина” матери пятерых детей, доярке Елене Дячук, отхватили именно они. Как-то Виржиния Вулф, размышляя о женском письме, заметила, что литература — одна из первых сфер деятельности, где веками ущемленные женщины уверенно достигли паритета с мужчинами. Я, однако, не собираюсь высказывать радикально феминистическую мысль, что женщины сегодня пишут существенно лучше мужчин, которые совсем уж исписались. Я немного о другом, а именно — о женском романе. Никто толком не знает, что это такое, но инстинкт подсказывает, что это прежде всего текст из жизни женщины для женщин женщиной написанный. Чаще всего это история любви, которая заканчивается счастливо: все мытарства милой и умной героини непременно вознаграждаются в финале надежными объятиями милого и умного мужчины. Все у нее будет хорошо, даже если это по ходу сюжета и не предполагалось. Я недаром — так много о женском романе. Их ведь и на конкурс пришло больше всего, и в читабельности многим из них не откажешь. Полагаю, из них вполне можно было бы составить конкурентную серию переводным “арлекиновским” покетбукам под грифом “Страсть” или “Шарм”. Общество, похоже, коллективно мечтает о личном счастье.

Значительно меньше, если судить по результатам конкурса, создается сегодня качественных остросюжетных романов. Мне, во всяком случае, никогда еще не приходилось читать столько неинтересных, незахватывающих детективов. А с научной фантастикой вообще полный прокол! Много центнеров космическо-галактической пыли вытряхнули авторы на головы экспертов конкурса, а привлекла внимание только одна антиутопия — надеюсь, организаторы выгребут ее из-под гор макулатуры и когда-нибудь издадут. Весьма банальны и поступившие на конкурс исторические романы. Все они, как правило, отчаянно длинны и столь же истошно поверхностны.

Куда интереснее, впрочем, анализировать, о чем пишут современные писатели. И о сомнительных ариях, и о вполне реальных килерах, и о бесчисленных Кетрин, Лестерах, Сьюзен, Морли, Грегорах, персонажах изящных и заморских, о которых, скорее всего, авторы знают понаслышке и из переводной литературы самого дурного пошиба, пребывая, однако, в непоколебимо простодушной уверенности, что, если есть рай на земле, то где-то в прекрасном далеке. Вообще романы, присланные на конкурс, дают богатый материал для размышлений на тему, чем является заграница для рядового украинца. Тут нет полутонов! Апофеоз наивной мечты: бизнесмен из Америки заключает в нежные объятия скромную трудолюбивую украинскую девушку. Авторы, чуть лучше осведомленные о реалиях западной жизни, пишут о ней совсем по-другому. Печальний опыт заграничных заработков, иной раз предоставлением самых интимных услуг, заставляет украинцев и украинок ценить свою землю и искать свое счастье дома. Этим опытом авторы честно делятся с читателями.

Да, немало поступило на конкурс и романов, претендующих именоваться социально-психологическими, повествующими о нашей повседневной жизни. Увы, написаны они чаще всего в традиционном жалостливо-народническом ключе. Дурные литературные традиции хорошо заметны и в произведениях, где авторы пытаются осмыслить “советские уроки”. Наверное, об этом периоде еще долго будут писать. Это наша недавняя история, которую все, кому за тридцать, хорошо помнят. Помнят, надеюсь, что и тогда люди жили и страдали, и человеческий дух находил силы вознестись над партийной тиранией. Но вот что странно, в рассказе о советской жизни у авторов рефлекторно включается механизм литературной конъюнктуры, именно этой советской жизнью воспитанный. Среди присланных на конкурс романов лично мне попался лишь один — “Євангелiє вiд Євгенiя” Виктора Абузярова, где советское время описывалось бы живо и естественно. Остальные тексты изображают его как абсолютний разгул темных сил. Очевидно, их авторы надеялись получить премии именно за “правильную идеологию” — прием, с помощью которого литераторы делали карьеру в ненавистное им нынче советское время, повествуя о беспросветных муках народа в самодержавно-крепостнической России. Среди текстов о подневольной жизни в “пiдсовiтськiй Українi” особенно одиозно выглядят произведения о национальном гнете, о том, как загоняли гвозди под ногти борцам за волю. Вот уж где авторы были уверены, что сорвут первый куш! Но, к чести жюри и экспертов премии, просчитались.

Напоследок остается сказать, что “десятка” романов-победителей конкурса уже издана. Неплохо, если бы их прочитало не только жюри.